Домусульманские верования казахов — культ предков

Культ предков занимал заметное место в верованиях казахов. В трудные минуты жизни казахи призывают имя своих предков. В их честь приносят в жертвы животных, ездят на поклонение к их могилам.

Такие события, как разделение рода на два самостоятельных, заключение мира между двумя враждующими родами, победа над врагом и т.д., знаменовались у казахов принесением в жертву духам предков белой кобылицы или даже белого жеребца.

Казахи с почтением относились к могилам. На могилах каялись, приносили присягу. Путнику, которого надвигающаяся ночь заставала в степи, обычай рекомендовал ночевать возле могил, ибо здесь никто не решиться совершить над ним насилие.

Если у путника было заветное желание, он просил духа погребенного помочь, чтобы оно сбылось. Гнева аруахов боялись. Особым почитанием пользовались духи выдающихся людей. Именно их имена произносились в особо трудных случаях. Этот обычай некогда породил боевые кличи (уран). Ураном служило, например, имя хана Аблая.

В верованиях казахов дух предка, покровительствующий какому-либо человеку, как правило, представлялся в животном облике. В преданиях о Джийдебае, одном из близких к хану Аблаю батыров, утверждается, что “впереди батыра шла красная лисица; это был его арвах”.

Почитание предков отчетливо проступает и в погребально-поминальной обрядности. Не только живые нуждались в покровительстве сородичей, ушедших в иной мир; мертвые также зависели от живых, совершивших по установившимся правилам похоронный и поминальный обряды.

В XIX в. погребальный обряд у казахов проводился в соответствии с предписаниями шариата, однако, в нем сохранилось немало пережитков доисламских традиций.

Как и у других народов Средней Азии, у казахов похороны и поминки были общественным событием, и в них принимал самое непосредственное участие род умершего. Как только становилось известным о смерти человека, почетные старики аула шли в дом умершего и приступали к организации похорон. Хоронили покойного в день смерти.

Перед прочтением заупокойной молитвы (жаназа) всем почетным гостям преподносились дорогие подарки, а также деньги.

Помимо подарков присутствующим раздавали жыртыс – лоскутки ткани в качестве подарка покойного за участие в проводах его на тот свет. Жыртыс давали на кладбище. Более древняя форма этого обычая – разрывание одежды умершего, о чем сообщают некоторые авторы конца XVIII-нач. XIX вв.

Хранение лоскутка ткани означает связь живых с покойным. По представлениям казахов, благодатная сила умершего (касиет) передается оставшимся в живых. Этот обычай был в силе не только в погребальной обрядности. Например, при избрании Аблая в ханы казахи подняли его на кошме, а потом, сняв с него богатое верхнее платье, изодрали его в лоскуты.

Казахи стремились похоронить человека на его родовом кладбище, рядом с родственниками и предками. С распространением ислама родовые кладбища стали сосредотачиваться вокруг крупных мусульманских святынь.

Про возвращении похоронной процессии в доме умершего поднимали траурный флаг. В зависимости от возраста умершего, цвет флага был разным (белый для стариков, черный, черный с белым или черный с красным для людей среднего возраста, красный для молодых).

Кусок ткани привязывался к концу древка копья, которое ставилось вертикально внутрь юрты у решеток; конец его высовывался наружу через щель в войлочном покрытии юрты.

Помимо флага принято было делать изображение умершего (тул). К концу XIX в. этот обычай изжил себя: одежда, седло и доспехи покойного развешивались прямо на решетках юрты.

Изображение покойного – широко распространенный в прошлом древний обычай. Ритуальное назначение копья тесно связано с изображением покойного: через год, после совершения пышных поминок, оба предмета изымались из употребления, причем копье демонстративно ломалось.

Заклание коня для умершего – также обычай, известный широкому кругу народов древности, в том числе и скифам. Коня хоронили вместе с покойным, чтобы душа погребенного отправлялась на тот свет верхом. В далекой древности и возникла традиция обрезать хвост коням покойного.

Другой древний обычай, сохранившийся у казахов в XIX в. – это скачки в день смерти богатого и знатного человека. В исторических сочинениях этот ритуал впервые упомянут в связи с похоронами Аттилы.

Годовые поминки (ас – угощение, жылы – годовщина) были главным и завершающим обрядом поминального цикла. На них семья покойного приглашала большое количество гостей.

Порядок проведения большого угощения был таков: в первый день выкапывали ямы для очагов, на второй день забивали скот; в третий угощали мясными блюдами; в четвертый – проводили скачки; на пятый – провожали гостей. Наблюдателей поражали многолюдность поминальной тризны и огромные расходы, щедрые призы.

Наиболее впечатляющая часть поминок – скачки. Пока кони скакали, устраивались соревнования борцов, стрелков из ружей, групповое состязание в беге.

По окончании скачек вручались призы, а затем кто-либо из уважаемых старцев ломал древко траурного флага; другой почетный человек разбирал траурное убранство юрты. Им обоим вручали подарки, обычно коня и халат. Траур для вдовы прекращался, и она могла выйти замуж за кого-либо из братьев или родни мужа.

Пережитком доисламского скотоводческого культа можно считать почтительное отношение к молоку. Еще в средневековье казахи широко справляли весенний праздник первого кумыса, сохраняющего роль ритуального напитка.

В скотоводческой обрядности использовалась очистительная сила огня. Уходя с зимовки на новое пастбище, прогоняли скот между двумя кострами и следом проезжали сами, чтобы все беды остались позади. Прибыв на летнюю стоянку, казахи приносили жертву духам предков и, читая молитву из Корана, просили счастья и богатства.

Жертвоприношение животными – давняя традиция скотоводов, занимало важное место в религиозной обрядности казахов.

Как и многие народы Средней и Передней Азии, казахи отмечали весенний праздник Нового года — Наурыз. Это был не только земледельческий праздник. Пробуждение природы вызывало надежды на плодородие в самом широком смысле этого слова.

Ислам у казахов приобрел немало своеобразных черт за счет сохранения пережитков доисламских религиозных традиций, проявлявшихся во всех сферах народной жизни. В течение XIX и особенно в ХХ вв. влияние ислама в казахском обществе заметно возросло.

Немало исследований дореволюционных ученых о Казахстане посвящено изучению религиозных воззрений казахов.

Одним из самых замечательных работ того времени стала статья выдающегося казахского ученого-этнографа, географа и путешественника, исследователя истории и культуры народов Казахстана, Центральной и Средней Азии Чокана Валиханова, творчество которого получило мировую известность.

В статье «Следы шаманства у киргизов» (прим. до революции казахов называли киргизами) ученый дает представление о природе шаманства как явлении, послужившим в условиях первой половины XIX столетия основой для смешения мусульманских поверий с древними воззрениями казахов.